86
Именно по этому участку берега я брел много лет назад, отправляясь промышлять ондатру в пойменных озерах. Сентябрь — в тот год ласковый и сухой — я про-вел неизменно солутствуемый промысловым счастием, на пустынном острове в русле Енисея, и решил полытать его в новом месте, хотя сезон был на исходе, погода хмурилась и задул сивер предвестник холодов и устойчивого ненастья. Однако мерещившаяся влереди возможность полытать удачи в нетронутых местах, заключить сезон десятком дней добычливой ловли пересиливала всякие прочие соображения. Да и не тянуло возвращаться в село, где я проживал тогда: когда доводится подолгу жить один на один с природой, общение с ней кажется наполненным особым смыслом и значением и жаль бывает обрывать его.
Едва занялся день, намеченный для расставания с островом, меня так славно приютившим, я погрузил в долбленую, легонькую ветку’ свои пожитки, залил в очаге землянки тлеющие угли, которым не давал угаснуть около месяца, оттолкнулся веслом от берега и стал с великим бережением переправляться через рукав реки. Кто бывал на Енисее, знает, каково в крохотной утлой лодке, вдобавок осевшей в воду по самый краешек бортов, плыть, единоборствуя с могучим течением при помощи игрушечно-легкого двухперого весла! Нужный берег приближается — ох как медленно, всякое дуновение воздуха настораживает. Всего безопаснее охотнику пересекагь Енисей в ранний рассветный час, когда тихо и менее всего вероятно, что настигнет порыв внезапно налетевшего ветра.
Благополучно достигнув берега, я стал готовиться к походу вверх по реке. Мне предстояло подняться на тридцать пять километров. К такой дороге готовиться надо тщательно: в далеком утомительном походе всего важнее не сбиваться с раз налаженного ритма движении — будь то гребля, отталкивание шестом, таежная трудная лыжах или пешком. Мне предстояло в бурлацкую лямку.
Чтобы посудина послуппю вдоль берега, не рыская и не становясь поперек струи, мало привязать бечеву, за которую тянешь ее против течения, точно в надлежащем месте, — много отступя от носа, но не близко от середины посудины, — надо егце и груз распределить равномерно: если отяжелить переднюю часть, ветка будет зарываться носом, если слишком осядет кома, она будет парусить.
Румества у меня много, как увидите, очень ценного. Тут прежде всего ружье и припас к нему, выдаваемый промышленнику иод обязательство сдачи пушнины; почти невесомые, но такие дратоцениые пачки тщательно упакованных, иросуненных, очищенных и расправленных шкурок ондатр, то, что будет кормить меня часть года и это не менее важно утвердит мою славу добычливого охотника, которому отпускают в кредит муку и сахар, выдают добавочные лицензии на выдру и соболя, изредка премируют.