Представляя себе весь этот обширный серьезный процесс в целом, не только с точки зрения экономичен и хозяйственной, следует видеть, что он лик, и вековой уклад, тысячелетнюю  российского крестьянства, и, таким образом, задевает его глубокие исторические корни. А значит, понимать его неизбежную болезненность, влияние его на нравственные основы жизни страны. По же в этом случае равнозначно, вдумчивому  отношению к тому, что мы должны сберечь и сохранить из наследия и традиций старой деревни, как мы знаем, вечные нравственные, этические ценности, составляющие силу русского народа.
Деревню  я запомнил и не спутаю  какой другой не только из-за названии  очень вместе с тем необычного, заставляющего задуматься над неисповедимыми путями, а листья в отечестве нашем не только людьми, но  местами прозвания и имена. Обилием таракан могли, с конца 16 века похвастать любой дом любая деревня во всем царстве-государстве: неужели тут пыл в  отношении побит рекорд? Или здесь  усы, хозяину которых дали кличку,  и побили от него ?  Узнать было не у кого:  в деревне не осталось. Да не из-за названия, повторяю, врезалась мне в намять Таракановка.
Дело, пожалуй, в том, что жизнь из нее не ушла окончательно, а  крохотным, никого не греющим огоньком, и имен несоответствии между, готовой иссякнуть и вином деревни поразило меня более всею.