158
Я был посрамлен и смолк. Иван Артемьевич, успокоившись, карту: надо же было куда-то устроить гостя!
Из рыночного павильона я вышел — но пей разрешалось охотиться в обходе егеря, вдоль ручья. Песчаного, мирно его в виду нескольких деревень под городом. По мере не заблудишься, если и пробродишь зря! Разумеется, более чем сомнительные виды на удачу огорчали но какие-то грани сознания во мне радовались: вот она и дальновидно организованная охота! Вот где нашлись подлинные хозяева выделенных для охоты угодий! Как не проникнуться четкой постановкой охотничьего дела в районе: строгая охрана, организованность, учет и контроль. И больше бы таких.
Иллюзии мои не пережили и истекающих суток.
Возвращаясь под вечер на кордон, я в пути услышал лихую пальбу, доносившуюся с — заказанного озера. А в исходе дня знакомый шофер бесхитростно поведал мне они с соседом — районным — и дружком, должностным лицом, утреннюю зорьку провели на озерах. Там, правда, уже не бобров, и в самом деле расплодившихся, по как-то непонятно в один год бесследно сгинувших, уцелело несколько почти выводков кряковых.
Закончился август, сентябрь, я все не покидал своего лесного домика, жил и постигал: можно, ли хоть на малом участке, по какой-нибудь, ленной черточке проследить результаты , охотничьего общества, штатных и общественных инспекторов? Убедиться, что не вовсе беспризорны окрест, иные угодья?
Сколько й где я ни ходил, мне ни разу не довелось встретиться и с тенью ведающего обходом егеря, Так и уехал, не повидав его в глаза. Зато была невозбранная всем и каждому разгуливать в лесах не только с ружьем, а хоть с пулеметом. И никогда так, так обидно наглядно, как в осень, не уразумел я жалко-донкихотского положения охотника, правила и сроки!