157
-Однако более председателя по части подноготной проходивших перед ним вереницей охотников, более его отеческих поучений и поразила меня плацдарма предстоящей назавтра утиной потехи. На схематической штабной карте местных охотничьих угодий, развернутой на директорском столе, номер, контуры озер, обозначалось отведенное каждому стрелку место. И всем председатель втолковывал, вычерчивая, как туда пройти, где стоять, с тем чтобы на зорьке утиное племя.
Когда подошел мой черед, оказалось, что в разработанной диспозиции не осталось и самого малого свободного промежутка для постороннего. Что было делать? Несколько зная окрестности, я рискнул попросить путевку на озеро Сенное, протянувшееся неподалеку от кордона, где жил, верстах в двадцати от райцентра. Берега его, правда, туристы, но были там заросшие укромные бухты, где я надеялся найти выводок-другой кряковых.
— Как можно! — Иван Артемьевич всплеснул руками. Да у нас там утиный и рыбный заказник Вы говорите, с вас одной утки хватит, но ведь это! Там наша утиная матка, рыбный садок. Сенное мы особо охраняем, проводим мероприятия. Нет, нет, никаких исключений у нас не допускается!
— Может быть, на лесные озера, разрешите? — без особой надежды подсказал я.
- Ну что вы сказали! — мой собеседник схватился за голову, даже подпрыгнул на стуле. — Да с меня за такое шкуру сдерут, упекут под суд. Поймите — это бобровый заказник, да еще областного подчинения. Зверьков беспокоить что выдумали!