128
Израненная колокольня Ильи церкви видна издалека, она открывается когда выходишь из леса, верстах в четырех от, на юго-востоке слободы. Вокруг поля и перелески, извилистая гривка кустов над обмелевшей речкой, деревни, рассыпанные по склонам холмов. Желтые лучи утреннего солнца освещают изломы разрушенной кладки, искривленные железные связи, снесенные капители спаренных колонок, блестят на сохранившейся местами штукатурке. Если эта руина сохранится, она напомнит через столетия о бушевавшей в этих местах войне, о давних жестоких временах.
Пожары и разорение войны не могли полностью стереть с облика слободы черты старого захолустного зажиточного села, выросшего на месте. Немногие уцелевшие прежние дома красноречии во рассказывают об их бывших хозяевах — торговцах и трактирщиках.
В центре слободы, украшенном кирпичной автобус ной будкой, сохранилось с десяток каменных двухэтажных домов, которые немцы, поспешно отступая, не успели взорвать и только подожгли. Они восстановлены и отведены под школу, сельсовет, почту другие общественные учреждения. Возле них стоят и старые каменные кладовые с железными дверями на толстых петлях , рассчитанными на дужку замка толщиной в руку. Эти, как и низ своих домов, хозяева отводили под склады товаров и лавки, а сами жили в верхних покоях с непременной в три непропорционально узких и высоких «итальянских» окна и деревянными сенями с выкрашенной лестницей.
Крепки толстые стены, прочны замки и двери, надежны низкие и глубокие сводчатые подвалы. Окна же в этих дом.ах непременно узкие, в глубоких проемах, словно хозяева не хотели, чтобы проникало через них много. С улицы, поперек всего фасада, висела вывеска, цвета синьки, с выведенной по ней желтой краской крупными буквами фамилией именитого торговца. Возле распахнутых весь длинный’ день створок дверей лавок, с разложенными тут же на земле товарами, шорным, стояли запряженные крестьянские лошади с чересседельником и тянулись мордой к брошенной под ноги охапке сена или мотали головой, поедая овес в подвязанной торбе. И вершился тут целый день. И торг, продавцы, глядя по покупателю, угодничали а мужик не жалел красноречия и имени, чтобы выгадать копейку, и льстил только на то, что выглядело прочным, способным служить бессрочно, и с недоверием обходил все непривычное, отдававшее новшеством.