— Что ты, деда Миша, разве я сомневаюсь, — машет рукой заготовитель Кузьма Фомич, выписывая заборную квитанцию. — Мы тебя не первый год знаем. Только смотри — рассчитай так, чтобы на охотничий припас хватило и для дома: сам говоришь, сахар кончился, мук бабка наказывала привезти. Не получилось бы как в прошлый раз.
Дородный и румяный Кузьма Фомич подходит, и тот рядом с ним выглядит еще более низкорослым и тщедушным. Он молчит, только слегка кивает головой, словно соглашаясь со всем, что говорит ему заготовитель. Сложив квитанцию, он кладет ее в карман и подает на прощанье свою маленькую смуглую руку, потом, взяв с табурета дорожный мешок, выходит из конторы.
— Ты, друг, ступай лучше сразу домой, из лавки ни к кому не ходи, а если перед дорогой отдохнуть хочешь  заходи ко мне чайку попить, напутствует Кузьма Фомич старика, пока тот, мелко и легко семеня идет по широкой улице.  Беда с вами, уже про себя, сочувственно заготовитель и качает головой.